до 1 сентября 

в Болгарию

всем кармы

Не верю,

Что реально лечу в Болгарию

Послезавтра

Второй раз за лето

Полтора месяца там в общей сумме

I <3 BG SO HARD

И я не могу представить

Чтобы отдых там

Был плохим или скучным

Несмотря на стандартно унылый 

Пятизвездочный отель

Удаленность от тусовок

И отсутствие друзей в самолете

Волшебная страна моего детства

yea, bitch

Я надеюсь еще два раза там

А потом никогда

С исполнением 18 лет

Ну а пока

«Ла – ла –ла – ла – ла…»

 Распевает поп-певичка из старых динамиков, солнце нещадно подкрадывается к моему столику, полдень в Поречи. Моя пицца, видимо, потерялась где-то в бездне бесконечности, несут мне ее целую вечность, уж точно. Итальянцы, которые сидят рядом, кажется, сейчас подерутся. Между собой. Чертов футбол, что ты делаешь с людьми? Различаю слова «Spagna» и «Il nostro team». Все, кто оказываются поблизости меня так озабочены финальным матчем, ей-богу. Не люблю футбол. Тем более выиграет наверняка Испания. У них Ибица, хамон и дом моего дяди. Но смотреть матч вечером в спорт-бар я пойду обязательно, кто-то непременно подерется, а борьбу я люблю.

Мимо медленно проползает толпа разношерстного народа, много детей и толстых молодых девушек. Привезли новую партию туристов с экскурсией, женщина в форменной рубашке тур-оператора рассказывает им о вторжениях римлян на ломаном английском, а люди по виду напоминают мне нечто тушеное. Сегодня и вправду очень жарко, несмотря на то, что еще только полдень, а самая жара начнется через пару-тройку часов.

Я передвигаю стул влево, тут еще осталась тень. Итальянцы закрыли рты, им принесли обед, а мне нет. Теперь я скорее отрежу себе ногу, чем оставлю хоть куну на чай в этом месте. Потом приходит официантка и объявляет, что у них закончились маслины и ветчина. В общем, помашите ручкой пицце.

Улыбаюсь, говорю, что ничего другого не хочу и ухожу. Настроение автоматически уходит в минус. Сегодня останусь без обеда, спасибо хорватский сервис, самый лучший сервис в мире. Пойду куплю шаурму с кошачьим мясом и съем, сидя на бордюре, как первоклассный бомж.

Я взял шаурмы, которую готовили самыми грязными руками в мире и еще купил яблочный сок в стеклянной баночке. Сел на бордюр и начал есть, все как и хотел. Солнце нещадно напекало мне прямо в макушку, наверное, львиную долю его притягивала еще и черная футболка с темно-коричневыми шортами. Умение одеться к месту не пропьешь. Я имел большой опыт питания на тротуаре, поэтому салфетки не рассыпались и еда изо рта тоже. У меня получилось даже лучше, если бы я нормально поел за столом.

Я доел, выбросил все в урну, оставил только баночку с соком и сел обратно на бордюр. Таких, как я было немного, но особо дико я не выглядел. Лавочек рядом во всяком случае не было. Мимо меня прошло очень много людей, футбольные фанаты, которые готовились устроить буйство ближе к ночи, несколько беременных женщин, парочка семей гомосексуалистов и еще больше соотечественников. Я над ними посмеялся, люблю русских заграницей, мне весело наблюдать за ними в такой среде.

Я пил сок и думал, чем бы мне заняться до вечера. Можно было сходить на пляж, в храм, покататься на велосипеде или познакомиться с девушкой. Для девушки я был сегодня недостаточно хорош, абсолютно также, как и для храма. Поэтому можно было прокатиться по побережью или до пригородных отелей, а потом вернуться и искупаться.

Я встал с бордюра и пошел брать велосипед напрокат. Взял как обычно, спортивный, ярко-голубого цвета, на нем сломан ручной тормоз, но я так привык, что не могу отказаться именно от этого велосипеда. Сел и поехал. В этой стране очень мало машин и очень узкие улицы, поэтому велосипед является святым делом. Очень удобно и если бы не было так жарко, было бы совсем чудесно.

Я решил сначала проехать по набережной, а потом куда глаза глядят. Растрясти шаурму. Уличные торговцы повылезали из кроватей и уже меланхолично переговаривались с друг другом. Это не та страна, где на вас кидаются, как на Ману небесную. По сути всем плевать. Для такого скучного человека как я просто идеальная обстановка.

Я уехал ото всех сюда на месяц, мама пожила со мной неделю и уехала, изнывая от скуки. Ведь я каждый день вставал, шел пить кофе с булочкой, потом гулял или читал на лавочке на набережной, затем шел обедать, если хотелось. Потом катался на велосипеде или купался. Вечером ходил в бар пить пиво или вино с неизменно очень унылым лицом, как она сказала. Потом смотрел телевизор и ложился спать. В одиннадцать вечера. А мне хорошо, делаю так до сих пор, мне осталось еще полторы недели. Не хочу уезжать.

Велосипед увозил меня вдаль, к яхтам и катерам. Я так и ни с кем не познакомился, разве что с престарелой официанткой и парочкой барменов. Наверное, я вызывал у них некое подобие жалости, потому что после литра пива на меня, как правило, сыпались  шуточки по поводу отсутствия у меня спутницы или спутника.

Свою любовь я оставил в Петербурге, правда она об этом не знала. До сих пор не нашел себе сил признаться, но в любом случае, хранил верность, которая никому к черту не сдалась.

Велосипед все ехал и ехал, вот уже шоссе и я направляюсь куда глаза глядят. Наверное, до первой деревни, потом поеду обратно. Я знаю тут все как свои пять пальцев, волноваться нечего. Забыл наушники в номере, поэтому приходилось слушать шум проезжающих автомобилей и далекий гул прибоя. Если бы я мог, то ехал бы так вечно.

Незаметно для себя я вернулся обратно в Поречь и отдал велосипед. Работник проката всучил мне банку колы, как постоянному клиенту. Не знаю с каких пор он стал таким добрым. Я не пью колу и поэтому отдал ее маленькому немецкому мальчику, который ошивался рядом. Тот выпил ее в два счета.

Море было холодным, поэтому я просто сел на пристани и свесил ноги. Они не доставали до воды. Почему-то стало грустно, я думал о том, где сейчас мои уже бывшие одноклассники, ведь я закончил школу пару месяцев назад. Никогда особо с ними не ладил, вообще друзей было мало. Скорее приятели, но это сильно не тяготило меня. Дело не в комплексах или в чем-то таком. Просто одному очень комфортно. Независимость в чистом виде с самых ранних лет.

Не знаю, сколько я сидел тупо уставившись на Адриатическое море, но вскоре мне показалось, что наступает вечер. Возможно, уже было пять или шесть часов дня. Я решил зайти домой принять душ, переодеться, взять свой IPad и пойти ужинать в место, где есть бесплатный WiFi. Надо было почитать новости, вдруг Сирия уже стерта с лица земли, а я не знаю.

Я решил надеть сменить въетнамки белыми кедами, а свое не по погоде мрачное одеяние на светло-голубые джинсовые шорты и красное поло, а еще причесаться. Я приехал сюда с тремя чемоданами, не знаю как это объяснить, но я без ума от одежды. Все свои деньги я просаживаю в магазинах. Очень по-девичьи скажете вы, но мне кажется, что это попахивает шопоголизмом и довольно опасно.

Когда я выходил из отеля на часах стукнуло полвосьмого. Я знал, куда иду, потому что хотел устриц. А они тут везде стоят буквально копейки, главное во время определить, где самые свежие, а я определил.

В этот раз с едой мне повезло больше, устрицы принесли быстро, они оказались вполне себе ничего, и я уже расправившись с двумя порциями преспокойно читал о том, что Сирия все-таки еще стоит и допивал кофе. Люди кругом не разделяли моего интереса насчет революции в арабских странах и почему-то обсуждали футбол. Абсолютно ничего не понимаю в этих шансах на победу, но краем уха я слышал, что у Испании шансов больше. Вот так-то, макаронники!

В общем победила действительно Испания. В баре никто не подрался, а я лег спать в полдвенадцатого. Завтра мне предстоит абсолютно такой же день. 

люди у которых

скулы выдаются настолько,

что ими можно порезаться 

и те,

у которых

невероятно худые тела

не понимают,

что мир

лежит у их

ног

они все не любят мой характер

а по-моему

это единственное

за что

меня можно 

любить 

я сидела и читала Ремарка

хотела новое платье от Max Azria

а потом меня ударили молотом по голове

и сказали,что тебя больше нет

теперь я даже не могу заплакать

 забыв про Ремарка

я хочу либо вырвать себе сердце

либо умереть от передозировки феназепамом

в эту же секунду 

очень по-детски

мне всего шестнадцать

и я не могу понять,почему это так больно

и серьезно

блять

Периодически, даже абсолютно здоровым людям приходится посещать места вроде больниц или поликлиник. Ради галочек в мед-карту или получения разрешения на что-то. Мне подарили байк, японский, очень дорогой и классный. В дар за то, что дела с моим start-up шли очень хорошо. Это начало приносить деньги, отец хвастался перед друзьями. Он очень хотел, чтобы я не растрачивал себя попусту и очень обрадовался, когда я показал ему свой проект по управлению интернет - магазинами. Даже пообещал посодействовать, если дела и дальше пойдут хорошо.

В общем теперь мне предстояло пройти всех врачей для того, чтобы получить право на вождение мотоцикла. Накануне я поболтал со знакомым и тот сказал, что если оставить пару взяток, то управиться можно буквально за час, а иначе торчать мне в этой дыре до конца жизни. Я пока решил ничего не предпринимать и решать проблемы по мере их поступления.

Передо мной был лист на котором значилась куча врачей и видимо к каждому из них мне предстояло высидеть очередь и выслушать кучу нелицеприятных реплик. О, отечественная бесплатная медицина! В здании было четыре этажа и начать я решил с самого верхнего кабинета.

Окулист, лор, хирург, сердечник. Все это тянулось невероятно медленно и тухло в отсутствии кондиционеров и ровесников вокруг. Бабушки и дедушки смотрели на меня волком и упорно лезли вперед очереди. Ну а что я? Я хорошо воспитан, пропускал всех, как дурак, несмотря на наставления мамы и опытных подруг, которые насытились хождениями по государственным поликлиникам.

Первые ожидаемые мной сложности настигли меня у невропатолога. Злой дяденька нашел у меня какие-то отклонения. Нога упорно не желала подскакивать. Я попытался с ним поспорить, но в итоге он накричал на меня, сказал, что у него начинается обеденный и пусть, если я такой умный, жду его до трех. В итоге я понял, что без взятки не обойтись.

Обеденный перерыв предсказуемо наступил у всей поликлиники, надо было ждать целый час. Я спустился на первый этаж, купил себе мерзкого растворимого кофе в автомате, вышел на улицу и присел на лавочку. Сигарет в кармане не оказалось, поэтому я просто прихлебывал сомнительного состава жидкость и наблюдал за птичками, которые скакали около ограды.

Из здания медленно выплыл дедушка в очках и в белом халате. Он осмотрелся и несмотря на наличие свободных лавочек рядом, присел ко мне. Какое-то время мы просто сидели молча, а потом он посмотрел на мой стакан и покачал головой:

- Травите себя этой гадостью, молодой человек, - а потом вытащил из кармана трубку, набил ее табаком и закурил, - не возражаете?

Запахло вишней и мускусом, я улыбнулся.

- Нет, а вот вы курите, это же гораздо вреднее.

Врач пожал плечами и не ответил. Он продолжил курить, а я уже не мог притронуться к своему кофе. Полстакана мне хватило более чем. Мы сидели может быть долго, а может быть и не очень. Врач совсем не смотрел в мою сторону, а я увидел невероятные часы на его левой руке. Я узнал их потому что, когда мне было лет шестнадцать, я увидел их в Швейцарии и больше не смог забыть. Ulysse Nardin. Те самые, синие. Одна из вещей, которые очень хочется, но безумно дорого и поэтому пока приходится о них забыть.

Сомневаюсь, что зарплата врача в поликлинике способна оплатить такие приобретения. Сначала я решил, что у него сын какой-то влиятельный бизнесмен, вот и подарил. Потом подумал, что возможно вся эта медицина – лишь прикрытие и на самом деле этот дядечка является криминальным авторитетом. Наверное, я слишком пристально глядел на часы и он просто спросил:

- Нравятся?

- Конечно, не то слово.

- А мне нет, хочешь подарю?

- Неудачные у вас шутки.

- Да я не шучу.

Мужчина легким движением снял часы с руки и протянул мне. Я не знал, что ответить и в итоге выпалил совсем неуместную вещь.

- Часы не дарят, говорят, к скорой смерти.

- Краденое тоже, но ты ведь держишь их в руках, - он улыбнулся, завидев мое вытянувшееся лицо, - им уже лет пять, так что не бойся.

- Расскажите.

Наверное, обеденный перерыв давно закончился, и мне надо было идти, пока не началось еще что-то в этом духе. Но я исправно ждал, пока он сделает несколько затяжек и только потом приступит к своему рассказу. Его левая рука, уже без Ulysse Nardin, смотрелась как-то сиротливо.

- Ну, - он вздохнул, - просто однажды я был в баре, и кто-то оставил их на стойке, я был слегка подвыпившим, забрал, не знаю почему. Их никто не хватился в итоге. Довольно скучная история, думаю, ты ожидал чего-то более интересного.

- Почему вы готовы так запросто с ними расстаться? Дорогая, очень хорошая вещь ведь.

- Легко пришло – легко ушло. Вот и все.

Я кивнул, у меня не осталось вопросов к этому человеку. Разве, что к себе. Можно ли назвать его честным?

Врач убрал трубку в карман и ушел, оставив меня одного.

а может быть я просто не хочу жить в мире,

где нет места для нежности?

в твоей стране 

в твоём городе 

найдётся человек, который обнимет тебя 

и скажет, что он любит, 

несмотря на то, что ты на антидепрессантах 

и тебя тошнит

и тебя обворовывают цыганки. 

и ты плачешь.

мне просто очень жаль, 

что этот человек не я.

если сейчас меня спросить, чего я боюсь более всего

отвечу, что вранья

после того как?

и я боюсь светлых сил

когда кто-то из семьи идет в церковь

я боюсь того,что меня убьют 

добро побеждает зло

только в нашем мире все наизнанку

добро=зло

зло=добро

я хороша

а они злые 

все

let me love you

наверное,я хреново умею пробиваться.

покажи мне как.

или я еще недостаточно хороша для этого?

гигабайты печатного текста в памяти.

но все к чертям.

не останавливаться.

can't stop.

я ненавижу странных 

чем больше в человеке ясности мыслей

способности анализировать и делать выводы

логики и очевидного ума

которого не надо выискивать и приписывать ему 

путая ум с ебанутостью

тем больше люблю

arx arcum 

must be the reason why I'm king of my custle 

девочки и мальчики любят творческих

только их творчество ни на грош

как и характеры с истериками

чем проще, тем лучше

поймите наконец

делать как можно проще 

so that's just my way

 arx arcum 

we were never young 

это тогда, когда ты тошнотворно взрослый

когда твой переходный возраст закончился в 13 лет 

остатки былой роскоши

enjoy the ride

a medicine show

мне надоело лето, guys

мне нравится наблюдать за своими бывшими друзьями, смотреть, как они меняются, превращаясь в дерьмо. сейчас я благодарю случай, который меня с ними развел.